Pussy Riot Art Pro
Aug. 9th, 2012 08:06 pmНиже очень интересный анализ с точки зрения современного искусства.
Оригинал взят у
airiche в post
Нужно признать, что когда я первый раз посмотрела ролик с выступлением Пусси Райот, он не произвел на меня сильного впечатления. Собственно, всё это мне показалось грубоватым, слишком прямолинейным и примитивным по своему выражению (впрочем, как известно, подчас самые простые и прямолинейные приемы являются самыми эффективными, как это в последствии и оказалось в данном случае). Как я ошиблась! (моё единственное оправдание в том, что с актуальным искусством я имею дело реже, чем с классическим). Но тем лучше, таким образом я тоже вошла в ту огромную аудиторию этой акции в самом "незамутненном" виде, поэтому и эффект её могу чувствовать в полной мере.
Дело в первую очередь в том, что выступление в ХХЦ - это была начальная, и, можно сказать, подготовительная часть той акции, которую мы наблюдаем, и которая прямо сейчас развивается по классическим законам не только искусства перформанса, но и вообще классического искусства (в широком смысле, включая, литературу и театр). Вспоминается перформанс Марины Абрамович "Ритм 2" (1974 г), когда в первой части под действием препаратов тело художницы совершало бесконтрольные конвульсии, а во второй при спокойствии тела было отключено уже сознание, разум. Ну что ж, мы как раз наблюдаем вторую часть акции.
Следуя главному правилу акционизма - девушки стали объектом художественного действия (в самой, наиболее радикальной форме) - перформанс, который они запустили, совершается над ними, причем его развитие не зависит от их воли.
Сам процесс развивается в пространстве (от ХХЦ к Хамсуду) и во времени (причем, вспомним, как эпически к нему добавляли недели и месяцы, оглашая всё новые и новые сроки предварительного заключения). Более того, он существует сразу в нескольких, параллельно развивающихся формах: в прямой (его наблюдают "живьем" допущенные в здание суда), в литературной форме (не только стенограммы из зала заседания, но и тот гигантский объем статей, публикаций в блогах, открытых писем согласных и несогласных, заявлений для прессы), в бесконечных видео и коллажах (от демотиваторов до знаменитого китайского ролика), а также при постоянной видеофиксации (жалоба адвокатов, на видеорегистраторы в камерах и на груди сотрудников ФСИН в изоляторе в Печатниках). Видеофиксация перформансов - классическая вещь, начиная с 90-х гг.
Ну и, что говорить о том, что акция добилась цели любого перформанса: спровоцировала острую реакцию у максимально широкой аудитории, привлекая внимания к основной теме - сюжету выступления девушек (срастанию православной церкви и актуального политического режима), и вскрывая и заставляя общество обратиться к этой проблеме (ведь битва за Пусси, которая происходит в интернете, СМИ и на лавочках - это не только вопрос о гуманном отношении к индивидууму и о судебном и гос. произволе в России, но, и подчас в первую очередь, о статусе православия в нашем светском государстве).
Но самое потрясающее, конечно, происходит сейчас в суде. По количеству иконографических и символических подробностей процесс вписывается в самые классические каноны художественных произведений:
Три подсудимых. Выступающих в ХХЦ было больше, но именно три девушки стали главными фигурами процесса (как судебного, так и арт-процесса). Не стоит говорить о символичности этой цифры для разнообразных иконографических традиций.
То, что девушки сидят в прозрачной клетке - вообще классика многих художественных акций (Тейчин Сье и его "Клетка", или Марико Мори в прозрачной капсуле, или Body Pressure Брюса Наймана).
Голос судьи. Мы слышим его на всех видео, но саму судью не видно. Потрясающий эффект. Кто знает, может быть на месте судьи произрастает Неопалимая Купина, а может, там стоит телефон на громкой связи, из которого раздаются команды (как в "Ангелах Чарли"). Вообще традиция не показывать лицо убийцы или главного злодея - старый приём всех классических детективов (например, Блофельд из "007" долго оставался голосом и рукой, поглаживающей кота, что породило потом лавину подражаний и пародий). Эстетка пустоты, отсутствия - одна из важных тем современного концептуального искусства (например, "Человек, улетевший в космос" Кабакова). Сильный приём, одним словом.
Ну и конечно, выступление свидетелей обвинения: алтарники, свечница и охранники - тут сменяется, кажется, сам язык, дискурс, если хотите. Сам суд всё время дает отсылки к процессу в синедрионе, постоянно рискуя скатиться к прямым цитатам (Тогда первосвященник, разодрав одежды свои, сказал: на что еще нам свидетелей? Вы слышали богохульство; как вам кажется? Марк, 14:63-64 или Служанка, увидев его опять, начала говорить стоявшим тут: этот из них. Марк 14:69 ). В таких местах я обычно морщусь и говорю "за кого автор нас держит, совсем за дураков, которым надо всё разжевывать? можно было бы и не так в лоб это показать". Но вроде как подразумевается, что автора тут нет?
И ещё о свидетелях обвинения: один из них опирается исключительно на запись, увиденную в Ютюбе - а это ведь триумф концептуализма: реальность художественного видео-клипа (а это была даже не документальная, а смонтированная версия, состоящая из записей двух перформансов в двух разных храмах) приравнивается к объективной реальности нашей жизни. Это очень круто (что там "виртуальная реальность" Фреда Фореста!). Именно в этом месте можно говорить о решении одной из главных художественных проблем - стирании грани между искусством и реальной жизнью.
На некоторых перформансах Марины Абрамович зрители падали в обморок, но всё-таки у них был шанс выйти из музея. Нам выходить некуда: перформанс Пусси Райот добился наиболее полного слияния искусства и действительности. И теперь мы все, подобно поющим фигурам Гилберта и Джоржа стали живыми скульптурами, которые выполняют ту или иную роль в этой акции.
Что ж, ещё один знаменитый художник и перформер ХХ века Йозеф Бойс в 1978 году говорит : Jeder Mensch ein Künstler — Auf dem Weg zur Freiheitsgestalt des sozialen Organismus (каждый человек - художник, на пути к свободной форме социального организма).
Оригинал взят у
Нужно признать, что когда я первый раз посмотрела ролик с выступлением Пусси Райот, он не произвел на меня сильного впечатления. Собственно, всё это мне показалось грубоватым, слишком прямолинейным и примитивным по своему выражению (впрочем, как известно, подчас самые простые и прямолинейные приемы являются самыми эффективными, как это в последствии и оказалось в данном случае). Как я ошиблась! (моё единственное оправдание в том, что с актуальным искусством я имею дело реже, чем с классическим). Но тем лучше, таким образом я тоже вошла в ту огромную аудиторию этой акции в самом "незамутненном" виде, поэтому и эффект её могу чувствовать в полной мере.
Дело в первую очередь в том, что выступление в ХХЦ - это была начальная, и, можно сказать, подготовительная часть той акции, которую мы наблюдаем, и которая прямо сейчас развивается по классическим законам не только искусства перформанса, но и вообще классического искусства (в широком смысле, включая, литературу и театр). Вспоминается перформанс Марины Абрамович "Ритм 2" (1974 г), когда в первой части под действием препаратов тело художницы совершало бесконтрольные конвульсии, а во второй при спокойствии тела было отключено уже сознание, разум. Ну что ж, мы как раз наблюдаем вторую часть акции.
Следуя главному правилу акционизма - девушки стали объектом художественного действия (в самой, наиболее радикальной форме) - перформанс, который они запустили, совершается над ними, причем его развитие не зависит от их воли.
Сам процесс развивается в пространстве (от ХХЦ к Хамсуду) и во времени (причем, вспомним, как эпически к нему добавляли недели и месяцы, оглашая всё новые и новые сроки предварительного заключения). Более того, он существует сразу в нескольких, параллельно развивающихся формах: в прямой (его наблюдают "живьем" допущенные в здание суда), в литературной форме (не только стенограммы из зала заседания, но и тот гигантский объем статей, публикаций в блогах, открытых писем согласных и несогласных, заявлений для прессы), в бесконечных видео и коллажах (от демотиваторов до знаменитого китайского ролика), а также при постоянной видеофиксации (жалоба адвокатов, на видеорегистраторы в камерах и на груди сотрудников ФСИН в изоляторе в Печатниках). Видеофиксация перформансов - классическая вещь, начиная с 90-х гг.
Ну и, что говорить о том, что акция добилась цели любого перформанса: спровоцировала острую реакцию у максимально широкой аудитории, привлекая внимания к основной теме - сюжету выступления девушек (срастанию православной церкви и актуального политического режима), и вскрывая и заставляя общество обратиться к этой проблеме (ведь битва за Пусси, которая происходит в интернете, СМИ и на лавочках - это не только вопрос о гуманном отношении к индивидууму и о судебном и гос. произволе в России, но, и подчас в первую очередь, о статусе православия в нашем светском государстве).
Но самое потрясающее, конечно, происходит сейчас в суде. По количеству иконографических и символических подробностей процесс вписывается в самые классические каноны художественных произведений:
Три подсудимых. Выступающих в ХХЦ было больше, но именно три девушки стали главными фигурами процесса (как судебного, так и арт-процесса). Не стоит говорить о символичности этой цифры для разнообразных иконографических традиций.
То, что девушки сидят в прозрачной клетке - вообще классика многих художественных акций (Тейчин Сье и его "Клетка", или Марико Мори в прозрачной капсуле, или Body Pressure Брюса Наймана).
Голос судьи. Мы слышим его на всех видео, но саму судью не видно. Потрясающий эффект. Кто знает, может быть на месте судьи произрастает Неопалимая Купина, а может, там стоит телефон на громкой связи, из которого раздаются команды (как в "Ангелах Чарли"). Вообще традиция не показывать лицо убийцы или главного злодея - старый приём всех классических детективов (например, Блофельд из "007" долго оставался голосом и рукой, поглаживающей кота, что породило потом лавину подражаний и пародий). Эстетка пустоты, отсутствия - одна из важных тем современного концептуального искусства (например, "Человек, улетевший в космос" Кабакова). Сильный приём, одним словом.
Ну и конечно, выступление свидетелей обвинения: алтарники, свечница и охранники - тут сменяется, кажется, сам язык, дискурс, если хотите. Сам суд всё время дает отсылки к процессу в синедрионе, постоянно рискуя скатиться к прямым цитатам (Тогда первосвященник, разодрав одежды свои, сказал: на что еще нам свидетелей? Вы слышали богохульство; как вам кажется? Марк, 14:63-64 или Служанка, увидев его опять, начала говорить стоявшим тут: этот из них. Марк 14:69 ). В таких местах я обычно морщусь и говорю "за кого автор нас держит, совсем за дураков, которым надо всё разжевывать? можно было бы и не так в лоб это показать". Но вроде как подразумевается, что автора тут нет?
И ещё о свидетелях обвинения: один из них опирается исключительно на запись, увиденную в Ютюбе - а это ведь триумф концептуализма: реальность художественного видео-клипа (а это была даже не документальная, а смонтированная версия, состоящая из записей двух перформансов в двух разных храмах) приравнивается к объективной реальности нашей жизни. Это очень круто (что там "виртуальная реальность" Фреда Фореста!). Именно в этом месте можно говорить о решении одной из главных художественных проблем - стирании грани между искусством и реальной жизнью.
На некоторых перформансах Марины Абрамович зрители падали в обморок, но всё-таки у них был шанс выйти из музея. Нам выходить некуда: перформанс Пусси Райот добился наиболее полного слияния искусства и действительности. И теперь мы все, подобно поющим фигурам Гилберта и Джоржа стали живыми скульптурами, которые выполняют ту или иную роль в этой акции.
Что ж, ещё один знаменитый художник и перформер ХХ века Йозеф Бойс в 1978 году говорит : Jeder Mensch ein Künstler — Auf dem Weg zur Freiheitsgestalt des sozialen Organismus (каждый человек - художник, на пути к свободной форме социального организма).
no subject
Date: 2012-08-09 07:54 pm (UTC)Сколько сплетен разъедает, словно моль,
Например, ходят слухи,
Будто всё подорожает абсолютно,
А особенно поваренная соль.
(Высоцкий)